Вы, чьи широкие шинели напоминали паруса,
Чьи шпоры весело звенели,
И голоса, и голоса!
И чьи глаза как бриллианты
На сердце вырезали след.
Очаровательные франты
Очаровательные франты
Минувших лет...

Одним ожесточеньем воли вы брали сердце и скалу
Цари на каждом бранном поле
И на балу, и на балу.
Вам все вершины были малы
И мягок самый черствый хлеб
О молодые генералы о молодые генералы
Своих судеб...

О как мне кажется могли вы
Рукою полною перстней
И кудри дев ласкать и гривы
Своих коней, своих коней.
В одной невероятной скачке
Вы прожили свой краткий век
И ваши кудри ваши бачки
И ваши кудри ваши бачки
Засыпал снег...

Нашел оригинал, да, такого по телевизору не покажут...


***

Вы, чьи широкие шинели
Напоминали паруса,
Чьи шпоры весело звенели
И голоса,

И чьи глаза, как бриллианты,
На сердце вырезали след, —
Очаровательные франты
Минувших лет!

Одним ожесточеньем воли
Вы брали сердце и скалу, —
Цари на каждом бранном поле
И на балу.

Вас охраняла длань Господня
И сердце матери. Вчера —
Малютки-мальчики, сегодня —
Офицера!

Вам все вершины были малы
И мягок — самый черствый хлеб,
О, молодые генералы
Своих судеб!

_________

Ах, на гравюре полустертой,
В один великолепный миг,
Я встретила, Тучков-четвертый,
Ваш нежный лик,

И вашу хрупкую фигуру,
И золотые ордена…
И я, поцеловав гравюру,
Не знала сна…

О, как, мне кажется, могли вы
Рукою, полною перстней,
И кудри дев ласкать — и гривы
Своих коней.

В одной невероятной скачке
Вы прожили свой краткий век…
И ваши кудри, ваши бачки
Засыпал снег.

Три сотни побеждало — трое!
Лишь мертвый не вставал с земли.
Вы были дети и герои,
Вы всё могли.

Что так же трогательно-юно,
Как ваша бешеная рать?..
Вас златокудрая Фортуна
Вела, как мать.

Вы побеждали и любили
Любовь и сабли острие —
И весело переходили
В небытие.